Жительница поселка Уссурийский не выдержав «хождений по мукам» повесилась
 
Жительница поселка Уссурийского Ольга Рябова покончила с собой, не выдержав мытарств, связанных с получением жилья. 43-летния женщина повесилась накануне сегодняшних городских слушаний о судьбе многострадальной Чумки.
 
Как рассказала редакции жительница поселка, общественная активистка Любовь Суслова, во время наводнения Ольга Рябова потеряла паспорт. Когда подтопленцев пересилили в пункты временного размещения, то новый документ женщине оформили, однако не указали прописку.
 
После большой воды Ольга Рябова вернулась в Уссурийский, где родилась, закончила школу и впоследствии проживала с отцом-инвалидом. Стала хлопотать об оформлении прописки в поселке, но – тщетно, чиновники отказывались возвращать ей родное место жительство, ссылаясь на то, что Уссурийского уже как бы нет в природе.
 
- Я с Ольгой говорила недели две назад, она мне вдруг заявила, что, наверное, покончит с собой, - в сердцах рассказывает Любовь Суслова. – Я ее попыталась убедить в том, что нужно продолжать бороться за свои законные права, но, видите, не смогла. Женщина просто не выдержала этих хождений по мукам.
 
По словам Любови Сусловой, ситуация в поселке просто критическая, «упадническая». К зиме здесь остаются жить несколько человек, в том числе и девять малолетних ребятишек, которые не хотят заселяться в неподготовленное, неотапливаемое и вообще просто сомнительное муниципальное жилье.
 
- Из ПВРов людей насильно выгоняют, даже с детьми, и они вынуждены возвращаться в родной поселок, ставший теперь совсем не родным, - продолжает Любовь Суслова. – Врач уехал из Уссурийского, тепло нам так и не дали к 10 октября, как положено городским жителям, хотя мы являемся неотъемлемой частью Южного округа. Кочегарка у нас в полном порядке, но власти не дают разрешения на ее запуск. А недавно мы узнали, что воду, которую мы пьем много лет, можно использовать только для технических нужд. Нас словно нарочно испытывают на прочность, уму непостижимо такое отношение властей к людям в 21-м веке.
 
Между тем, сегодня, 9 октября, в департаменте строительства и архитектуры на Дикопольцева, 17, должны начаться общественные слушания о судьбе Уссурийского - самого пострадавшего от наводнения поселка. Однако даже его жители не знают об этом. Власти, видимо, решили провести эти обсуждения втихаря, без участия «мятежников».
 
- Мы подготовили очередное письмо в прокуратуру об издевательствах чиновников над нами, за это руководители муниципалитета должны быть строго наказаны, - эмоционально заканчивает общественница Любовь Суслова. – Но пока наказанными оказываемся мы. И вот уже – первая жертва, которую загнали в петлю. Кто следующий на очереди?
 
Алексей Светлов
 
От автора. Эту заметку час назад еще сбросил в родную редакцию, на сайт, поскольку нахожусь в отпуске и дома нет доступа к порталу. Но наши многочисленные редактора и журналисты просто спят. Вот вам "репортерство". Стыдно, коллеги. Мне приходится сбрасывать эту заметку в комменты на "Дебри", которые всегда были оперативнее и профессиональнее многих наших доморощенных сайтиков. Возмущен до предела.

Когда поддымливает, и подтапливает, от вранья подташнивает.

А сколько  людей  смертельно спились, забомжевались, сломались и заболели с горя, с преступного равнодушия и (или) холодного расчета чинушек  - чертей и чертовок из ада горящего?
Именно тех людей, чьи родители, деды победили фашизм в 1945 году, строили Хабаровск, поднимали Дальний Восток.
Неужели ф-м возрождается в форме мести детям, внукам и внучкам?
А самоубийство - прежде всего убийство.[/color]